vena45 (vena45) wrote,
vena45
vena45

Краткая история «Правого сектора»

Оригинал взят у gerbertspb1 в
Краткая история «Правого сектора»

Опубликовано: 20.07.2014

Активисты «Правого сектора» в Одессе, февраль 2014. © Yuriy Kvach

Как известно, «Правый сектор» — это радикальная националистическая группировка, в которую входят мелкие националистические движения. От откровенных неонацистов вроде «Білий Молот» до «умеренных» националистов.

В целом концепция движения видоизменялась, но суть заключалась изначально в том, чтобы стать авангардом на Майдане, что и произошло в некоторой мере. Понятно, что если бы националисты не были объединены в некий блок, а оставались бы разрозненной силой, то их значение в событиях на Майдане было бы не такое значительное.

Президент Янукович, подписывая экономическую (т.е. основную) часть договора об ассоциации с Евросоюзом, надеялся на получение обещанного кредита от МВФ. В самый последний момент в МВФ заявили, что кредит Украина не получит, вот Янукович и пошел на попятную. Тут дело вовсе не в том, что он резко осознал особую близость с Россией и последовательно отстаивал принципы таможенного союза.

Движение за ЕС в скором времени переросло в нечто большее, поскольку, очевидно, что радикальные националисты вовсе не стремятся в Европу, т. к. в большинстве своем подобные организации занимают позицию «евроскептиков», и «Правый сектор» в данном случае — не исключение.

В частности, руководитель Киевского отделения ПС Андрей Тарасенко заявил:

«Для нас Европа не является целью. На самом деле присоединение к Европе означало бы смерть для Украины. Европа станет смертью для государства и для христианства. Мы хотим Украину для украинцев, управляемую украинцами и не служащую интересам других».

Ярош высказывался более умеренно, но в целом все же не демонстрировал особенной радости по поводу возможности вступления в ЕС. В общем, совершенно ясно, что, возглавляя протест на Майдане, члены праворадикальной группы желали добиться того, чтобы войти во власть. Т. е. они, видимо, понимали, что захватить власть на данном этапе не получится, но зато получится увеличить политическое влияние.

Тем более что многие политики на Украине были взаимосвязаны. К примеру, лидер «Правого сектора» Дмитрий Ярош был помощником-консультантом Валентина Наливайченко, который был главой СБУ с 2006 по 2010, а потом вернул себе этот пост после событий на Майдане. Важно сказать, что многие представители СБУ (в т. ч. Наливайченко) частенько посещали разного рода лагеря националистов, где те готовились к «священной войне». С подобными устремлениями не боролись, наоборот, их поощряли.

Чем закончился Майдан, всем известно. Власть взяли те же самые лица, что и так уже находились во власти долгие годы. И если в первое время они благодарили своих «соратников», даже выкрикивали их лозунги (например, «Слава Украине! Героям слава!», использовали почти все оппозиционные силы, в т. ч. представители партий «Удар» и «Батьковщина»), то затем появились противоречия.

Вероятно, началось все с того, что на очередное «Вече» Майдана не пришли те лица, что постоянно ранее там выступали, в частности Яценюк и Турчинов. Они получили власть, и теперь в их интересах была ликвидация протеста. Очевидно, эти люди ни в коей мере не изменят ситуацию или социально-экономическую систему к лучшему.

И конфликты начались почти что сразу, поскольку первое требование властей — сдача оружия. А требование активистов «Правого сектора» — это, во-первых, запрет компартии и Партии Регионов, а также расширение влияния ультраправых, поскольку они были действующей силой, которая привела к власти оппозицию.

Активисты ПС не только не приняли начальные условия со стороны власти, но наоборот, сообщили, что оружие они сдавать не собираются, но потребуют доступ к оружейным складам. В итоге начались митинги ПС против власти и разговоры о «новой революции». Но в целом все ограничивалось демагогией, и власти не особенно беспокоились.

Несмотря ни на что, праворадикальная группа начала расширять свою деятельность в регионах Украины. Фактически происходили захваты зданий МВД и местной администрации, часто к подобному были причастны и рядовые активисты Майдана, которые считали, что таким образом продолжают то, что было в Киеве. Очевидно, что подобные выходки во многом спровоцировали митинги за федерализацию, а затем и формирование ополчения на юго-востоке страны.

Наиболее характерный случай — это деятельность ПС в Ровненской области. Данная деятельность возмутила не только местных жителей, но и депутатов из Верховной рады. В частности, деятельность ПС назвали преступной, а лидера по фамилии Музычко — бандитом.

Народный депутат из «Батьковщины» Геннадий Москаль, которого можно назвать ярым сторонником Майдана, обвинил ПС в том, что они занимаются бандитизмом, т. е. берут дань, похищают людей, избивают оппонентов. Подобная тактика для Киева была нетерпима, поскольку там считали, что ПС под контролем.

Понятно, что проблему нужно было как-то решать, иначе становилось бы ясно, что власть отдельные территории Украины просто не контролирует. И поэтому министр внутренних дел Арсен Аваков в очередной раз призвал «Правый сектор» сложить оружие. На это ему Музычко ответил, что повесит его «как собаку». Примечательно, что Аваков «вызов принял», и через несколько дней в ходе спецоперации Музычко был застрелен.

Важно отметить, что это был сигнал, поскольку сам Музычко был одним из основных деятелей ПС. Выше был только Ярош, который пообещал, что отомстит за смерть соратника. Начались митинги против власти, и Аваков стал в интервью сравнивать деятельность ПС с «бандитизмом в Сомали», т. е. разговоры пошли о том, чтобы полностью уничтожить правых радикалов, поскольку ими уже воспользовались.

Совершенно очевидно, что их не ликвидировали лишь по той причине, что на юго-востоке начались массовые митинги, на которых люди требовали федерализации. Примечательно, что и лидеры ПС тут же стали говорить, что главное — решить проблему на юго-востоке, и власть их поддержала. Затем даже в ПС заявили о том, что движение станет официальным, а их кандидат примет участие в президентских выборах, т. е. ПС подтвердил легитимность нынешней власти, и разговоры о новой революции временно стихли.

Совершенно ясно, что с людьми, которые выступали на юго-востоке, власти договариваться не собирались. Активисты «Правого сектора» и Майдана просто приезжали на Юго-Восток, и занимались тем же, чем занимались на Майдане. Однако по примеру Харькова видно, как вначале эти деятели захватили здание администрации, а затем как их оттуда выкинули местные жители.

Именно подобные акции в большей мере спровоцировали появление ополченцев, поскольку члены ПС выходили с оружием против безоружных людей. Для властей Украины это был идеальный вариант. В случае чего всегда можно будет все эксцессы свалить на деятельность неонацистов. Но проблема заключалась в том, что в итоге ситуация вышла из под контроля.

К ополчению присоединились местные милиционеры, сотрудники спецслужб, а также армейские кадры, т. е., очевидно, что такие люди, когда собрались, сумели достаточно быстро очистить города от радикальных националистов. Но останавливаться на этом они не стали, поскольку поняли, что власть на компромисс не пойдет, а поэтому необходимо брать власть в свои руки и требовать независимости.

В Киеве на это отреагировали тем, что тут же послали антитеррористические группы, которые, однако, вообще отказывались стрелять в людей. Это были люди из одного региона, и силовики отказывались признавать, что все те граждане, которые выступали против киевской власти, являются террористами.

В итоге пришлось маневрировать, т. е. слать силовиков из западных областей, чьи атаки удавалось отбивать. И по мере усиления агрессии, что очевидно, число ополченцев только лишь росло, и поэтому одни только бойцы спецподразделений уже не могли противопоставить свои силы ополчению. Конечно, в СМИ шла пропаганда о том, что ополченцы — олухи, пьяницы, дегенераты, которых можно за несколько дней перебить, если этого не сделают сами местные жители, однако с каждым днем ситуация говорила об обратном.

Поэтому пришлось, не признавая факта гражданской войны, подключить к конфликту армию, а также рядовых активистов Майдана, в особенности членов «Правого сектора». И именно здесь можно отметить интересную закономерность, о которой говорили и ополченцы.

Батальоны, где состоят члены ПС, как правило, отличаются тем, что они, во-первых, массовые, во-вторых, технически лучше оснащены, чем даже Национальная Гвардия, и, что самое главное, все эти люди некомпетентны и абсолютно безжалостны по отношению к гражданскому населению.

Можно было заметить, как митингующие в Киеве бойцы «Правого сектора» начали массово переезжать в Днепропетровск, а оттуда уже на территории, которые контролируют ополченцы. В боях ультраправые несут колоссальные потери, но в то же время задевают и ополчение. И это, конечно, на руку властям в Киеве, которые таким образом просто, как они считают, убивают двух зайцев одним ударом.

Станислав Чинков

rabkor.ru/likbez/2014/07/20/right-sector
Tags: ПСы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments