vena45 (vena45) wrote,
vena45
vena45

Америка - страна индивидуалистов, страна, где «Боливар не выдержит двоих

Оригинал взят у el20 в Про увольнения и всякое другое (штаты)



Скорее всего, для вас это тема уже не такая новая и как увольняют в штатах, вы уже знаете.Американские стандарты успешно внедрялись в остальной мир, в том числе и Россию, и ее жители успели вкусить всю прелесть американской демократии. В ужасной, дикой и мрачной империи зла - Советском Союзе, - никого не увольняли. Там надо было систематически злостно пить, бесшабашно при этом прогуливая работу, тогда была надежда, что все ж, не выдержит терпенье начальства, и оно прекратит брать вас на поруки, разбирать на собраниях, выдавливая невыполняемые обещания, и наконец – уволит, хотя все равно – гарантии в этом не было. Могли и перевоспитать.

Если увольнялся сам, то за две недели ставил свое начальство в известность, дабы у него было достаточно времени для того, чтобы найти тебе замену. Такие зверские законы царили в «империи зла».
В «империи добра» это происходит по-другому. К тебе просто подходят и говорят «гуд бай, Вася», потом выпроваживают «под конвоем», чтобы ты не устроил дебош или, на худой конец, не спер, в сердцах, что-нибудь тебе не принадлежащее. Окружающие, при этом, затихают, старательно делают вид, что ничего не замечают и продолжают работу, не поднимая глаз, как бы желая, если не раствориться, то стать незаметнее, чтоб случайно не быть уволенным за компанию. Когда так внезапно на моих глазах уволили одного сослуживца, я в полном ошеломлении, подходила то к одному, то к другому и вопрошала: «За что его?». Все отворачивались, переводили разговор на другую тему, пока недавно прибывшей «русской» кто-то не шепнул на ухо: «Иди на свое место и ни о чем не спрашивай».

Я тогда еще не знала, насколько законы джунглей более человечны по сравнению со штатовскми, и решила, что тут кроется какая-то загадка.
Много лет спустя такая неприятность, как увольнение, случилась и со мной. История эта, в общем, по американским меркам, обычная, но настолько классически характеризующая американцев, что я решила о ней написать.

В то время я работала программистом-контрактником. Это значит, приглашали на проект на короткое время, а потом нужно было опять искать другую работу. Оплачивалась такая работа, как правило, очень хорошо.

В тот раз был контракт, который переходил в постоянную работу, я уже подписала все бумаги и была зачислена в штат. Работала в команде. Там был, немолодой уже, здоровый такой дядька – менеджер и три программиста. Один был, какого-то уж слишком маленького роста, зато он был самый умный и знающий, и, кроме того, у него был красивый густой голос, я ему всегда делала комплименты из-за голоса, чтоб ему было приятно, потому что внешность у него была какая-то сомнительная. В отличие от другого программиста, который был красавчиком, но специалистом – слабоватым.
Весь зал был поделен на будки. У менеджера был и кабинет, и будка. Он сидел то там, то там. Третий программист и я сидели в другой части зала. Менеджера звали – Джесси, красавчика – Чак, короткого – забыла, а того, что рядом со мной – Брэди. Он был негр. Очень аккуратный. Его будка и стол всегда блестели. На столе, как положено, стояла фотка, как бы жены. Как и большинство (если не все) черные, он утверждал, что не верит в развод, поэтому не женится. Это такая фишка у негров, чтобы избежать ответственности. Жил он со своей девушкой давно, так давно, что у них уже был пятилетний ребенок, и она ждала второго, но жениться на ней не хотел, так как не был уверен, а та ли это женщина, с которой он бы провел всю жизнь. Так что, пока он ее проводил в относительно свободном полете, штампуя при этом чернокожих ребятишек.

Менеджер и Короткий писали на С+, Красавчик вроде бы знал Visual Basic, я писала программы на ASP classic и знала VB. Это был примерно 99-й и только ASP давал возможность связывать веб аппликации с базой данных. Наши с Брэди будки были рядом, и мы общались больше друг с другом, чем с остальными ребятами. Время от времени Брэди заходил, просил посмотреть мой код и объяснить тот или иной момент из этого языка. Оказалось, что он преподает на курсах русским лохам программирование, в частности, ASP - язык, который не знал. То есть, перед занятиями он подчитывал книгу, спрашивал меня и шел учить других. Я-то, с советским менталитетом, привыкла, что все должны быть профи. Сама комплексовала, что программирование не в вузах изучала. А вот он не коплексовал. Зачем? «А как же ты будешь выкручиваться, если вопрос зададут?» - с тревогой спрашивала его я. «Скажу: на следующем занятии отвечу», - говорил Брэди, пожав плечами.

Никакого языка он толком не знал, но схватывал быстро. Потом я узнала, что он очень хотел получить мое место, (зарплата там была выше) но его не взяли. О его неудачной попытке получить мою позицию я не знала, и общалась с ним достаточно открыто. Мы вместе ходили на ланч или один из нас выезжал купить что-то перекусить на двоих. Меня только напррягало, что он вечно торчал в моей будке, когда меня там не было, и шарил в моем компе. Я вообще не переношу, когда кто-то лезет в мой комп без разрешения.

Менеджер каждое утро начинал с того, что приземлялся на стул в моей будке и какое-то время вел беседу, начиная с одного и того же вопроса: как мне удалось отрастить такие длинные волосы. В то время они были ниже пояса и в какой-то степени привлекали внимание. Чего он только мне не рассказывал: про семью, детей, свое детство и проч., и проч. И очень много расспрашивл о моей Родине. Потом он начал настойчиво напрашиваться в гости, и мне пришлось приглась их всех к себе на празднование «русского Рождества». Это менеджер и раскопал дату Рождества и сказал, что теперь-то уж точно я ДОЛЖНА всех пригласить. Ну, раз должна, то пригласила. Вернее, согласилась, что все придут праздновать русское православное Рождество. Я купила бутылку водки и наготовила еды.

Первым приехал менеджер с бутылкой Гран Манье. Затем Брэди с бутылкой коньяка. Позже, с опозданием, подтянулся Короткий с большой пластиковой бутылкой «самогона», или, как говорят, амеры – мун шайна, и несколькими сосисками, на случай, если у меня не окажется закуски. Ага, они в русских домах не бывали...

Красавчик был болен, лежал дома с температурой, но всей душой был с нами, без конца названивал мне по телефону и предостерегал от возможных осложнений.
- Смотри, - говорил он мне, - будь осторожна. Они сейчас напьются, приставать начнут.
- Да, не начнут, - успокаивала я его, немного удивляясь такой настойчивой заботе, - у вас же здесь, в штатах, за это засудить можно.
- Нет, они же напьются, а ты там одна среди них. И меня нет - тебя защитить.
Это слова меня озадачивали, потому что никаких особых отношений между нами не было, мы вообще виделись нечасто, поскольку работали в разных концах зала.

Вначале я старалась отвечать односложно, чтобы никто не понял, о чем мы говорим, но он продолжал названивать каждые полчаса, и я, не выдержав, сказала достаточно громко:
- Да не будет никто ко мне приставать!
За столом затихли, а потом резко загалдели:
- Это он сам к тебе поприставать хочет!
- Это ему завидно, что его здесь нет!
- Да у нас в мыслях такого не было! Вот, гад!

Я подождала, когда все утихнут, и внятно сказала:
- У меня тут сын-защитник. Если что, он всем наваляет.

Сын мгновенно выпрямил спину и внушительно оглядел подпитых мужиков. Было ему 12 лет.

- Кроме того, - добавила я строгим голосом, - у меня, как вы видели, есть кот. Он шипит, рычит и может наброситься.

Перепуганный кот прятался под кроватью в спальне. Но в какой-то момент, любопытство, а также желание перекусить, пересилили страх, и он осторожно вышел из комнаты и медленно, почти невесомо, ступая, решился пробраться на кухню. Для этого ему надо было пройти через гостинную мимо столовой, где заседала веселая компания. Увидев кота, все замерли. Кот шел, очень осторожно ступая, как бы надеясь, что походка сделает его невидимым. Где-то на середине пути, он, осознав, что обнаружен, повернул голову в сторону сидящих за столом, сказал долгое и протяжное: «Хххы-ы-ы-ы!» и продолжил путь на кухню, уже ни на кого не глядя. Какое-то время все молчали, потом менеджер Джесси сказал:

- Вот это да! Он же идет и не кончается!

Кот был очень длинный. Потом, когда заматерел, стал здоровенным. В нем была мэйнкунская кровь. Со мной и сыном он курлыкал, а на остальных шипел и рычал.

- Кот у меня умный и дрессированный на нападение, - продолжала я врать, войдя во вкус. На самом деле, он ни на кого не набрасывался, а рычал от страха. Но умный и правда был, чрезвычайно.

- Я верю, - коротко произнес менеджер.
- Че, правда? – спросил Короткий.

Брэди не сказал ничего, потому что сидел дальше всех и находился уже в той стадии подпития, когда ни кошки, ни тигры не страшны.

На самом деле я никаких приставаний не опасалась. В штатах не то, что за прикосновение, а даже за определенные слова, если их можно истолковать в пользу вашего кармана, можно попасть на хорошие бабки, как мужчине, так и женщине.

В общем, в тот вечер мои гости напились, что не удивительно, учитывая, количество спиртного и тот факт, что наша сторона: кот, сын и я - не пила. Все, что было: бутылку водки, коньяк, Гран Манье и здоровую пластиковую бутыль с самогоном они выжрали выпили и стали горланить американские песни. Соседей я предупредила заранее, что может быть шумно. Соседи – пожилая пара, сказали, что ничего, нормально, они потерпят, но не угощу ли я их чем-то вкусно-русским за это. Это Омерига – тут те даром ничего, даже шум терпеть не будут.

У меня была наготовлена уйма вкусных блюд, которые совершенно незнакомы американцам. Например, они не будут всю ночь варить холодец, они вообще вряд ли будут иметь дело со свинными ножками. Поэтому такое блюдо им незнакомо. Про голубцы они знают, в штатах их называют «фаршированная капуста», но мои голубчики – маленькие, чтоб не кромсать вилкой туда-сюда, а отправить в рот сразу весь, наполненный соком. Ну, и оливье, куда ж без него. Американцы сразу начинают его называть «картофельный салат». Но куда их примитивному картофельному салату до нашего «оливье», который каждая хозяйка готовит по-своему. У меня всегда маленькие кубики, а горошек я подсушиваю на салфетке, чтобы он приятно лопался под зубами, а не был похож, от избытка жидкости, на крошечные зеленые тряпочки. Всех блюд я не помню, но на десерт был «Наполеон» и шоколадные конфеты с водкой внутри, которые я купила в русском магазине.
На следующий день на работе эти трое все еще были нетрезвые, то искали, где бы вздремнуть, то бесконечно бегали в автомат за напитками.

Ко мне в будку забегали почти все, кто там работал.
- А ты еще вечеринки делать будешь?
- А есть еще какой-то русский праздник, который вы будете отмечать?
- А правда, что у тебя все блюда были с водкой: и салаты, и десерт?
- А правда, что ты сама все готовила?
Но больше всего было вопросов про конфеты с водкой.

После вечеринки менеджер Джесси вообще не вылезал из моей будки, мешая мне работать.
Вскоре, Брэди и мне дали проект: он делал дизайн, а я писала код. Нам выдавали компы на дом, чтобы мы могли работать дома, когда нам это нужно. У меня был сын-школьник, поэтому я брала работу домой. Как-то я стала замечать, что менеджер стал меня странным образом избегать. Перестал заходить в мою будку и даже не отвечал, когда я здоровалась. На собрании, где мы с Брэди отчитывались о проделанной части проекта, менеджер похвалил Брэди за работу, меня проигнорировали вообще. Все это, в совокупности, приводило к не очень приятным мыслям. Я всяких недомолвок не люблю, поэтому пошла к менеджеру и спросила, что пооисходит. Ничего он мне не сказал, кроме того, что мне, видимо, заняться нечем, вот, я хожу и задаю вопросы. Я спросила, почему это проект, к которому я писала код, вдруг стал считаться проектом Брэди, который только дизайн делал. «Ну, извини», - сказал менеджер, и я вышла из его кабинета еще более расстроенная.

Через какое-то время, мы должны были закончить этот проект и готовились к новому, большому, в котором должна была принимать участие вся команда, а я была назначена его лидером. Мы пришли на собрание, чтобы продемонстрировать окончательный вариант предыдущего и обсудить новый.

Перед собранием Короткий спросил:
- Вот, ты нам всегда всем что-то приятное говоришь. Мы знаем, что у Брэди шикарные мускулы, у меня – секси голос, а Чак у нас вообще самый красивый парень в компании. В что насчет Джесси? Что ты про него скажешь?
- О, это просто: у Джессии - золотое сердце.
Тут все задакали, потому что мы и правда считали Джесси добряком, но сам менеджер сидел нахмурившись, и я опять подумала, что происходит что-то непонятное.

Поскольку я должна была вести новый проект, то стояла у доски, рассказывая, каким образом мы его будем делать. В какой-то момент раздался стук в двери.
- Это тебя, - сказали мне, - твой рекрутер.
В те годы мы должны были устраиваться на IT работу только через рекрутерские агентства и не иначе.

Я вышла. Молодой парень, мой рекрутер, как-то грустно со мной поздоровался.
- У меня все хорошо, - сказала я ему, улыбаясь, - было напряжение одно время, так и не поняла, почему, но сейчас – все хорошо.
- Тебя уволили, - сказал он тихо.
- Нет, что ты! – я подумала, что он спросил, - нет, конечно. Я веду большой проект. Все хорошо.
- Тебя уволили, - сказал он громче, с какой-то жалостью глядя на меня, - они не хотят, чтобы ты здесь работала.
- Как? Почему? Мне же дали проект...

Он смотрел на меня все с той же жалостью, потом сказал:
- Пойдем.

Я пошла, потом повернулась в сторону конференц зала:
- Я хочу с ребятами проститься.
Рекрутер мягко взял меня за плечо и развернул в другую сторону:
- Это нельзя. Это запрещено.

Блин, пронеслось в голове, как арестованная. Я зашла в свою будку и стала трясущимися руками собирать вещи.

- Ты не беспокойся, я сам все уложу, а копъютер, который дома, завезешь нам.
- Ты не расстраивайся, - добавил он, - мы найдем тебе работу.

В тот вечер мне позвонил Красавчик и рассказал, как они были ошеломлены моим увольнением, но менеджер ничего не объяснил. А еще через день позвонил Короткий и изложил следующее. Менеджер им все же рассказал, как Брэди ему систематически докладывал, что я не работаю, что проект сделал он один: и дизайн, и код.

- Да, он же не умеет! – удивилась я, - он даже не знал, как его вставлять в HTML!
- Да, мы знаем, но как-то он убедил Джесси. А потом и сам Брэди хвастался, что хотел твою позицию, и он ее получил. Мы с Чаком считаем, ты должна поговорить с Джесси.

Я поговорила. У меня был его домашний телефон, я позвонила и сказала, что ни за какие коврижки не вернусь, даже, если меня будут очень просить, потому что считаю, что со мной обошлись по-свински. Но думаю, что должна прояснить ситуацию. Я сказала, что код могу воспроизвести с закрытыми глазами, что, за что угодно можно меня уволить, но только не за то, что я не выполняла работу.

- Ты же знаешь, что Брэди не умеет писать код! Как можно было поверить?!

- Значит, Брэди меня обманул, - произнес менеджер, подумав, - Значит, он так хотел твое место, что подставил тебя... Ну, что ж, достойно уважения. Мы все боремся за место под солнцем. Брэди – так, а кто-то по-другому. Мы – страна индивидуалистов, я столько раз тебе это говорил. Брэди боролся, как умел, и он это место заслужил.
- А ты действительно заслужил Брэди.

Я подумала, когда-то Брэди подставит и его, когда захочет его место. Потому что это – страна индивидуалистов, страна, где «Боливар не выдержит двоих».


Tags: el20, США
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments