vena45 (vena45) wrote,
vena45
vena45

В плену у Айдара: воспоминания женщины

Оригинал взят у karhu53 в В плену у "Айдара": воспоминания женщины
Оригинал взят у specialist2015 в В плену у "Айдара": воспоминания женщины
Оригинал взят у a_dyukov в В плену у "Айдара": воспоминания женщины





Когда мне говорят про "голодающую" Савченко, я вспоминаю вот про эту женщину.

Ее зовут Оксана, она жительница Луганска. Летом 2014 года ее захватили боевики батальона "Айдар" (того самого, к которому примкнула Савченко) и содержали на своей базе в Половинкино.

Два месяца в каменном мешке.

Потом ее освободили. Ее интервьюировали мои коллеги. И я лично с ней разговаривал.

Сегодня я впервые публикую кусочек из интервью с Оксаной. Прочитайте, это важно.



– Вас кормили?

– Очень редко, я похудела там за два месяца в одиночке на 9 килограмм, кусок хлеба для меня был счастье, который я пыталась протянуть надолго, кусок хлеба, это было что-то.

– А пить давали?

– Воду давали, в туалет как-то выводили. В камере, если это можно назвать камерой, это был каменный мешок, 80 см на полтора, где я пробыла два месяца. Это не сесть, то есть, там на земле лежал матрас и тряпки, которыми я укрывалась. Думала о детях, чтобы только с ними все было хорошо... Через месяц после того, как я там просуществовала, не сойдя с ума, я просто просила, чтобы меня расстреляли. Не правда, что говорят, когда в плену, тебе хочется свободы, через месяц мне уже не хотелось. Вначале я думала, что нас быстро обменяют, что нас найдут. Никто нас не нашел, никто нас не менял. Я умоляла расстрелять меня, потому что я жила там с мышами, с опарышами, с сороконожками, немытая.

– Общение было какое-то?




– Нет. Одиночка. Я пела, разговаривала.

– Чтобы не сойти с ума?

– Да. Пыталась делать зарядку. Попадались хорошие охранники.

– Чего они от вас хотели?

– Просто издевались. Сломить, они думали, что мы сломаемся. У них в Половинкино учебная база. И всех новичков туда свозят, и вот эти новички над нами просто тренировались. Пытались заставить нас петь гимн Украины, чего я до сих пор не знаю. Я им в ответ начинала петь песни на итальянском языке, на английском, кричала, что я умею другие песни петь, за что получала прикладом.

– Как это завершилось?

– Это даже пленом не назовешь. Я вышла из преисподней. Завершилось тоже случайно. Троих ребят, которые были со мной, их обменяли. А меня, сказали. Будут менять позже. Так как получилось, что у них была ротация. И как раз это был конец октября, были выборы у них там в Верховную Раду, и меня отпустили как показательное выступление. Меня выкинули на блок-пост в Половинкино, посадили в машину, которая едет в Луганск все, отправили.

– Вас отпустили?

– Да, акт, типа они благородно поступили, два месяца меня продержали, якобы наши не захотели меня быстро менять. А они вот такие благородные, поиздевались и отпустили. Я не знаю, что я чувствовала, пока я не доехала домой, я не верила, что я живая, что я передвигаюсь, что я живу. Пережив там лето войны, потом этот плен, я до сих пор не знаю, какие силы помогли мне спастись, помогли мне выжить. Какие-то силы неведомые. Пули свистели, вот они рядом, и я была в состоянии, уже страха даже не было. Когда они нас выкрали, привезли в Хрищеватое, там бомбили, и я даже не боялась, что нас накроет снарядом, я уже даже этого хотела. Потому что это был кошмар, видеть все это. Это нереально, психологически это очень тяжело, надо быть очень сильным, чтобы это все выдержать.

– Вам оказывали психологическую помощь?

– Нет, я не прибегала, никто не оказывал помощь, пытаюсь справится сама. Я достаточно здравомыслящий человек, читаю книги как-то пытаюсь отвлечься, общаюсь с детьми. Спарвляюсь сама, хотя очень тяжело.

– Вы запомнили, кто они?

– Да, конечно. К сожалению они снятся чуть ли не каждый день. Сны я не могу убрать, ни один психолог не уберет из моей головы. Я думала, я стану зверем после этого. Но я благодарна богу, что я не стала зверем, что я осталась человеком. Везде надо оставаться человеком, в какой бы ты ситуации ни оказался. Не терять человечность, не терять лицо. Иначе наши дети нас не простят, не поймут, ради чего мы живем. Только любовь.

– Какие еще последствия были?

– Да, у меня прикладом разбита скуловая кость, я оглохла на ухо, полностью онемевшая эта часть лица, почки там, придатки и все такое. Ну это… я жива. Ну что тут говорить, я жива.

Людей, которые прошли через ад незаконной тюрьмы батальона "Айдара", - множество.
Только у нас записано более 15 человек.
И я верю, что однажды все, причастные к "Айдару", будут осуждены за военные преступления.


Tags: Донбасс, Дуркаина, карательная операция, пленные
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments