vena45 (vena45) wrote,
vena45
vena45

СТАЛИН И ЗАГОВОР ВОЕННЫХ - часть 1

Оригинал взят у wod_1958 в СТАЛИН И ЗАГОВОР ВОЕННЫХ - часть 1
Оригинал взят у sokura в СТАЛИН И ЗАГОВОР ВОЕННЫХ - часть 1
Оригинал взят у nafanyabesfamil в СТАЛИН И ЗАГОВОР ВОЕННЫХ - часть 1
СТАЛИН И ЗАГОВОР ВОЕННЫХ




Фото: Кадр из сериала «Заговор маршала» (2010 год)

Официальная история не всегда бывает правдивой. Пример тому?— история с Ричардом III, оставшимся в памяти потомков в образе горбатого злодея. В то же время, есть мнение, что он был доблестным воином, а злодеем и узурпатором был свергнувший его Генрих VII Тюдор.

МОЛОДОЙ МАРШАЛ

Существенный вопрос нашей истории относится к заговору Тухачевского и других военных. Без ясности в этом деле невозможно отделить правду от лжи в сталинском периоде истории.

Сталин руководил войной не «по глобусу», хотя мы и такое слышали. Он поднял нашу страну на беспрецедентную высоту и создал все те условия жизни, производительные силы и национальные ценности, которые мы еще сохранили. Разве не важно знать, в чем алгоритм его успеха, где зарыта его волшебная палочка? Почему десятилетиями скрывалась правда о том, за что он расправился с военными в 1930-х годах? В чем была суть того конфликта?

Давайте вспомним: что утверждал по этому вопросу сам Сталин. За десять дней до суда над Тухачевским и его подельниками 2 июня 1937 года он выступает на расширенном заседании Военного совета при Наркоме обороны, имея в руках материалы следствия. Он называет тринадцать человек — руководителей заговора. Это Троцкий, Рыков, Бухарин, Енукидзе, Карахан, Рудзутак, Ягода, Тухачевский, Якир, Уборевич, Корк, Эйдеман, Гамарник.


С представителями элиты партии у угловатого, говорящего с сильным грузинским акцентом, но проницательного и властного Сталина отношения всегда складывались тяжело

Сталин говорил: «Если бы вы прочитали план, как они хотели захватить Кремль… Начали с малого — с идеологической группки, а потом шли дальше. Вели разговоры такие: вот, ребята, дело какое. ГПУ у нас в руках, Ягода в руках… Кремль у нас в руках, т. к. Петерсон с нами. Московский округ, Корк и Горбачёв тоже с нами. Все у нас. Либо сейчас выдвинуться, либо завтра, когда придем к власти, остаться на бобах. И многие слабые, нестойкие люди думали, что это дело реальное, черт побери, оно будто бы даже выгодное. Этак прозеваешь, за время арестуют правительство, захватят Московский гарнизон, и всякая такая штука, и ты окажешься на мели».

Сталин — политик. Он говорит осторожно, адаптируя свое выступление так, чтобы его поняли как надо. Но что он имел в виду? Еще в 1925 году на квартире у старшего Куйбышева собрались военные. Был Фрунзе. Был Тухачевский. И к ним туда запросто заглянул Сталин. Тухачевский, которому было тогда тридцать два года, задавал тон общей беседе, напирая на то, что сотрудничество с немцами — дело опасное. Сталин, решивший поддержать разговор, спросил: «А что плохого, что немцы к нам ездят? Ведь наши тоже ездят туда». На что Тухачевский холодно бросил: «Вы человек штатский. Вам это понять трудно». Куйбышев поспешил перевести разговор на другое.

Нетрудно увидеть, что вчерашний юнкер Александровского училища вел себя в присутствии двух выдающихся революционеров и государственных деятелей, мягко говоря, некорректно и невоспитанно. Ясно также, что это делалось преднамеренно, и ясно, для чьего одобрения. Портреты председателя Реввоенсовета Л. Д. Троцкого тогда еще висели в помещении штабов и управлений всех степеней.

Карьера Тухачевского не пострадала. Он стал со временем самым молодым маршалом. Но ему этого было мало. Мнение о Тухачевском как о беспринципном карьеристе было всеобщим, как в стране, так и в эмиграции.

Первым сделал Тухачевского «заговорщиком» Дзержинский. Знаменитая игра с белой эмиграцией — операция «Трест» — отвела Тухачевскому роль главного руководителя военного заговора. Эта легенда была воспринята как вполне правдоподобная. Ему это, видимо, нравилось. Молодой маршал был легкомысленным. Он с удовольствием исполнял роль красавца и героя-любовника, не обращая внимания на то, что среди его фавориток агентов НКВД было пруд пруди.

Он не кончал Академии Генштаба, но писал много статей о военной стратегии в эпоху революции — сам учил всех остальных теории военного искусства, хотя до своего головокружительного взлета не командовал даже ротой. Еще он увлекался музыкой и собственноручно изготавливал скрипки. Короче говоря, это была выдающаяся личность. По крайней мере, эта личность была у всех на устах.

Сталин такими людьми не швырялся, но, разумеется, слепо доверять ему он не мог. Тем более, что на Тухачевского уже с начала 1930-х было множество показаний о его неблагонадежности. Увидеть, что это «чужой среди своих», Сталину и его соратникам было легко.


Ему пророчили роль «красного Бонапарта»

Но был среди этой команды у Тухачевского и друг. Это душа-человек Серго Орджоникидзе. Тухачевский умел найти ключики к простому сердцу (при его-то опыте по женской части). Он даже предлагал сделать Орджоникидзе военным наркомом вместо Ворошилова. Вот такая непосредственность… Ясно одно: задолго до своего выступления на расширенном заседании Военного совета Сталину неоднократно приходилось задумываться: кто Вы, мой самый молодой маршал?

В 1927 году в политической борьбе были разгромлены троцкисты, которые считали, что Сталин неправильно руководит партией и страной (много бюрократизма и мало демократизма). Говоря проще, им не нравились диктаторские методы, т. е. их собственные методы, примененные к ним же самим.

В 1929 году в лагерь разгромленных противников генеральной линии переместилась группа Бухарина и его сторонников. У них были не надуманные, а очень весомые аргументы. Сталин отказался от ленинского курса на НЭП и взял на вооружение «троцкистскую политику военно-феодальной эксплуатации крестьянства и беспрецедентных темпов индустриализации». За этим последовала коллективизация с ее ужасами, которую многим военным, выходцам из крестьян, понять и принять было трудно.

Сопротивление крестьянства было неорганизованным, стихийным, а выступления разрозненными. Эмиграция попыталась взять организацию крестьянских выступлений на себя и возобновить гражданскую войну. Руководитель Российского общевойскового союза (РОВС) генерал Кутепов дал поручение разработать план организации вооруженной борьбы на территории СССР к весне 1930 года. Планировалось забросить из-за границы пятьдесят специально подготовленных офицеров для руководства военными действиями.

Иностранный отдел ОГПУ организовал в январе 1930 года похищение Кутепова. Агентура РОВС внутри страны была искоренена. Одновременно была проведена операция «Весна», суть которой заключалась в чистке офицеров и генералов царской армии, находящихся на службе в РККА.

И внутри партии были выступления недовольных сталинской политикой (Рютин, Сырцов, Ломинадзе). Эти люди выступали открыто и держались принципиально. Но главное заключалось в том, что партия уже приняла свои решения на пленумах и съездах, и они совершали определенное политическое преступление, навязывая повторную дискуссию. А это было запрещено секретным решением Х съезда.

ОШИБКИ РАЗУМНЫХ

Недовольным было трудно и почти невозможно представить, что Сталин сможет проводить независимую внешнюю политику в таком грозном окружении, что он сможет создать могущественные вооруженные силы своего времени и, вступив в схватку с самой мощной сухопутной армией мира, опирающейся на ресурсы практически всей континентальной Европы, выстоять и победить.

Конечно, «разумным людям» («реалистам» и скептикам) принадлежат хорошие минуты (легко ничего не брать на себя). Лучшие же, как известно, достаются «безрассудным». А когда Запад, который «есть Запад» и Восток, который «есть Восток», сходятся, наваливаясь на рубежи твоей Родины, приходится принимать экстраординарные меры. Сталин, как потом увидел мир, это делать умел. Решительно и беспощадно начал он свой труд великого государственного деятеля по форсированной индустриализации страны.


Первые пять маршалов СССР?— Будённый, Блюхер, Тухачевский, Ворошилов, Егоров. Трое приговорены к высшей мере?— расстрелу

То была самая таинственная минута в жизни нации.

Романтики коммунизма, теоретики марксизма, полководцы, овеянные славой побед в гражданской войне, вся большевистская элита оказывала сопротивление этому не похожему на них вождю. Они ведь понимали, что в сравнении с битвой гигантов мировой войны их война была доблестной, но несколько упрощенной и даже утрированной… С дефицитами боеприпасов и продовольствия, с подвижными линиями фронтов, с дезорганизованными тылами и отсутствующими резервами. Они помнили, как при подготовке польского похода умный штабист Лебедев их предупреждал: «Европа нам насыплет».

Без Ленина они переставали быть настоящими «ленинцами», теряли главные компоненты своих достоинств революционеров и становились самими собой («реалистами» и скептиками). Оказавшись вне поля ленинского интеллекта и задумываясь своим умом, они уже не верили в возможность для России превращения в современную военную державу, и, следовательно, в возможность для нее самостоятельной политики и самостоятельной судьбы.

А Сталин, бывший уже тогда на фронтах гражданской войны «непревзойденным мастером (как заметит впоследствии Черчилль) находить выход из безвыходных положений», нет, не верил, а знал, где проложить единственный путь возрождения России, и он вел народ, который шел за ним, чуждый умникам, его ненавидящим. И народ понимал, что именно Сталин, как полагалось коммунисту, несет свой крест во имя его интересов, и ни перед чем, как и полагалось революционеру, в той «борьбе роковой» не остановится.

В начале 1930-х оригинальный автор — национал-большевик Дмитриевский бежал за границу и там опубликовал книгу «Сталин — предтеча национальной революции». В ней он пишет: «Кажется невероятным, но это факт: карикатурное представление о Сталине за границей создалось главным образом под влиянием разных дипломатических и торговых представителей советской власти.

Иностранцы, люди дела, понимающие значение сильной личности в истории, часто спрашивали их в интимных разговорах: «Скажите: что такое Сталин?» И обычно получали в ответ: «Сталин? — Грязный, грубый беспринципный делец, рассеявший весь цвет интеллигенции нашей партии и опирающийся на таких же темных и грязных людей, как он сам. Полное идейное ничтожество. Моральный урод.»


Если Троцкий считал Россию «охапкой дров в костре мировой революции», то Сталин строил «социализм в отдельно взятой стране»

Надо, впрочем, сказать, что примерно то же мнение долго господствовало и в обывательских кругах самой России. Я не говорю уже об эмиграции, где формирующие общественное мнение люди и органы печати в подавляющем большинстве видят в людях, руководящих нынешней Россией, только преступников, только анормальных либо совершенно ничтожных людей… Не надо забывать, что заграничные представительства Советов долгое время комплектовались из политических отбросов — людей ненужных и нежелательных внутри страны. Троцкистами и «болотом» кишела, и сейчас еще кишит заграница. Зависть и злоба — плохие орудия политической борьбы. Рано или поздно жизнь приходит со своими аргументами — на смену легенде создает реальное представление о людях и вещах. Сталина, как и людей, сейчас его окружающих, надо знать такими, как они есть, со всеми их недостатками — но и со всей их силой. Ибо только так можно объяснить историю нашего настоящего — и только так можно ориентироваться на сложных путях будущего…

Надо понять: люди, особенно в начале всякого большого и нового исторического пути, являются — вплоть до самых великих — бессознательными орудиями истории. Искренне верят, что идут по одному пути — на самом же деле давно перешли на другой… Путь, казавшийся в России вначале путем абстрактной международной пролетарской революции, оказался, в конце концов, революцией русской: имеющей, правда, как всякая великая революция, мировые задачи и мировое влияние, но в основе своей являющейся национальной. И люди, которые в начале искренне считали себя только коммунистами, стали сейчас национал-коммунистами, а многие из них стоят уже на пороге чистого русского национализма.

Истекший год принес много изменений в самой России — и в частности в ее правящих ныне слоях. Год назад у верхушки власти все кишело червями термидорианского перерождения, людьми «болота». Казалось: они господа положения, они ведут.


Царский подпоручик Михаил Тухачевский

Они оказались сейчас в подавляющем большинстве выброшенными за борт самим Сталиным.

Наверх поднимаются все в большем количестве люди народа. Они несут с собой наверх большой, у одних еще неосознанный, у других уже осознанный национализм. Национализмом является окончательно победившая там идея «социализма в одной стране». Национализм — «индустриализация». Национализм — все чаще звучащее утверждение: у нас есть свое отечество, и мы будем его защищать. Национализм — все чаще появляющееся именно там сравнение нашей эпохи с эпохой Петра Великого, что, безусловно, верно, с той только разницей, что масштабы нашей эпохи больше, и в деле революционного преобразования России принимают участие гораздо более широкие, чем тогда, народные слои».

Эта книга была впервые издана в 1931 году в Берлине. Автор, хоть и защищает Сталина, но имеет свои убеждения, которых Сталин официально не разделяет, но как утверждает Дмитриевский, на деле реализует, по той простой причине, что революции движутся народными массами, а вожди только улавливают вектор этих устремлений.

Анализ Дмитриевского, который хорошо знал вождей революции лично, который являлся живым свидетелем той революции, показывает социальную расстановку сил в разыгравшейся борьбе. Легко увидеть, что по мере того, как революция принимала народный характер (Дмитриевский в силу своего специфического мировоззрения понимает это как национализм), все очевиднее вчерашние революционеры превращались в антинародных контрреволюционеров, как это было с жирондистами, «болотом», термидорианцами французской революции.

В этом водовороте событий Сталин и его соратники становились на вершине политических схваток все более одинокими, как в свое время Робеспьер, которому Сен-Жюст подсказывал, что руководить дальнейшим развитием революции можно только установив личную диктатуру (ибо всегда у меньшинства есть соблазн поживиться за счет большинства). Такова закономерность всех революций, которые заканчиваются личной диктатурой (Кромвель, Наполеон, Сталин, Мао).

КОНТРРЕВОЛЮЦИЯ

Ответ на этот вопрос дал тот же Сен-Жюст, после того, как якобинцы приняли самую демократическую по сей день конституцию в истории, и она не работала. Он сказал примерно так: если пока нельзя управлять с помощью закона, то придется это делать с помощью террора. Причина? Старая система рушится, а новая не установлена. В результате неизбежное торжество беззакония, с которым можно покончить только с помощью террора, а для этого нужна диктатура.

Робеспьеру установить диктатуру помешали демократические предрассудки. Эта роль досталась Наполеону, любившему повторять: «Я вышел из недр народа. Я вам не какой-нибудь Людовик XVI».

Сталин мог утверждать то же самое и с большим основанием. Нам легко уловить контрреволюционный дух сил, противостоящих Сталину, т. к. он неизменно возрождался. Сначала на апрельском пленуме 1953 года в антисталинском выступлении Берии, которое готовил Поспелов. Затем в докладе Хрущёва на ХХ съезде (автор — тот же Поспелов), насыщенном аргументами и фактами, взятыми из зарубежной прессы и не имеющими под собой никакой основы, лживыми.


Бывший глава Временного правительства Александр Керенский, находясь в эмиграции, писал о репрессированных в восторженных тонах, как о героях «важного, но не свершившегося предприятия»

И совсем недавно, когда на волне «реформ» Горбачёва и Ельцина на голову нашего неподготовленного читателя вылился полный ушат давно разоблаченных фальшивок, имевших в разное время хождение опять-таки на Западе, мы в полной мере погрузились в эту атмосферу контрреволюционной злобы и ненависти. В этот последний раз контрреволюция удалась, и ее цели, главная из которых — расчленение нашей страны в интересах чуждых нам геополитических сил, осуществились. А тогда был еще жив дух русской, первой в истории социалистической революции, направленной против поползновений меньшинства эксплуатировать большинство.

Находясь постоянно на подпольной работе в России и часто оказываясь в заключении, неприхотливый и почти нищий Сталин должен был пользоваться сочувствием простых русских людей, неизменно добрых к отверженным. С представителями элиты партии у угловатого, говорящего с сильным грузинским акцентом, но проницательного и властного Сталина отношения всегда складывались тяжело, и он привык к неприязни этой среды, мало обращая на нее внимания. Но в этой атмосфере вражды и недоброжелательности один за другим погибают очень близкие ему люди: Надежда Аллилуева (1932 г.), Сергей Киров (1934 г.) и Серго Орджоникидзе (1936 г.).

Сталин корил себя, что поздно спохватился: надо было обратить внимание на всепроникающий смрад контрреволюции «еще четыре года назад». Он не поверил в единоличную вину Николаева в убийстве Кирова. И Сталин понимал, что все надо взять в свои руки.

Уже в феврале 1935-го Николай Ежов становится секретарем ЦК, а затем председателем КПК и начинает плотно курировать НКВД. Хотя Ягоде это понравиться не могло, отношение к нему лично было предельно корректным и доброжелательным. Первым, на кого обрушился Ежов, был Енукидзе, обвиненный (скорее всего, вполне справедливо) в моральном разложении.

Именно Авель Енукидзе был прототипом персонажа булгаковского произведения «Мастер и Маргарита», который во время «сеанса черной магии» в Театре варьете требовал разоблачений и получил их в свой адрес. Сцена закончилась песенкой: «Его превосходительство любил домашних птиц и брал под покровительство хорошеньких девиц».

Но дело было не только в моральном разложении Енукидзе. В его ведении находилась охрана Кремля и служба того самого Петерсона, о котором Сталин говорил в своем выступлении на расширенном заседании Военного совета 2 июня 1937 года.

Зиновьев показал на следствии, что решение троцкистско-зиновьевского блока об убийстве Сталина было принято по настоянию троцкистов Смирнова, Мрачковского и Тер-Ваганяна, и у них имелась прямая директива на это от Троцкого. Участник блока Е. А. Драйцер признал, что такую директиву от Троцкого он получил в 1934 году.

Подготовка к дворцовому перевороту происходила и в ведомстве Ягоды. Его замом Аграновым, начальником правительственной охраны Паукером, его замом Воловичем и капитаном Гинцелем в начале 1936 года была сформирована рота боевиков, якобы для захвата Кремля и ареста Сталина.

Окончание здесь
Tags: СССР, пятая колонна, репрессии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments